«Сказание о сошествии Богородицы в преисподнюю».
Это дело привычное: новые завоеватели, желая сломить сопротивление, норовят отнять у людей прошлое, а не удастся отнять – так хоть испоганить. Великий хорезмийский ученый рубежа X и XI вв. Абу-Райхан ал-Бируни сообщает нам о мусульманском завоевании Средней Азии: “И всеми способами рассеял и уничтожил Кутейба всех, кто знал письменность хорезмийцев, кто хранил их предания, всех ученых, что были среди них, так что покрылось все это мраком и нет истинных знаний о том, что было известно из их истории во время пришествия к ним ислама.”
Уж очень хотелось нашим Потрясателям Основ большевиков искоренить. Вот и придумали сказочку, что Россия до их появления процветала. Станислав Говорухин даже в порыве усердия ленту снял про «Россию, которую он потерял». Россию потерял, а хорошо оплачиваемое место в Госдуме приобрёл.
Людоедка Латынина вещает с «Эха Москвы»: «Еще Петр Первый догонял Европу. И мы догнали Европу, и Российская империя была одна из самых блистательных страниц российской истории, которой можно было гордиться».
А что думали о блеске российской империи её жители? Пушкин видел:
«Везде невежества убийственный позор.
Не видя слез, не внемля стона,
На пагубу людей избранное судьбой,
Здесь барство дикое, без чувства, без закона,
Присвоило себе насильственной лозой
И труд, и собственность, и время земледельца.
Склонясь на чуждый плуг, покорствуя бичам,
Здесь рабство тощее влачится по браздам
Неумолимого владельца».
Но и после смерти великого Пушкина положение дел не слишком улучшилось. Вот что увидел бунтовщик Д.Д.Минаев в 1862 году:
Труд от зари до зари,
Бедность - что дальше, то хуже.
Голод, лохмотья - внутри,
Блеск и довольство - снаружи...
Другой бунтовщик и лучший переводчик Беранже В.Курочкин добавил:
Мелкие скандальчики с крупными беспутствами;
Разоренья честные с злостными банкрутствами;
Фокусы бумажные, из нулей могущества
И на каждой улице описи имущества.
Разоряют вежливо, обирают с ласками,
И я притоны мрачные, кутежи с злодействами,
И убийства зверские целыми семействами.
Ну, всё как сегодня!
