НАЧАЛА СОФИОЛОГИИ, ИЛИ В КАКОМ СМЫСЛЕ СЛОВА «ЦИВИЛИЗАЦИЯ ЕСТЬ КАБАК»

 

Само выражение это принадлежит писателю Василию Розанову. А взято оно из его знаменитых теперь «Опавших листьев. Короб второй», что были опубликованы в 1915 году. Мысль же писателя, в полном своем виде, такова.

«Вся» цивилизация XIX-го века» есть медленное, неодолимое и, наконец, восторжествовавшее просачивание всюду кабака.

Кабак просочился в политику – это «европейские (не английский) парламенты».

Кабак прошел в книгопечатание. Ведь до XIX – го века газет почти не было (было кое – что), а была только литература. К концу XIX-го века газеты заняли господствующее положение в печати, а литература – почти исчезла.

Кабак просочился в «милое хозяйство», в «свое угодье». Это – банк, министерство финансов и социализм.

Кабак просочился в труд: это фабрика и техника.

Раз я видел работу «жатвенной машины». И подумал: тут нет Бога.

Бога вообще в «кабаке» нет. И сущность XIX- го века заключается в оставлении Богом человека».

МЕЖДУ МЕТАФИЗИКОЙ «ДУРНОЙ» И «КОНКРЕТНОЙ»

 Генезис мировой мудрости, с точки зрения историко–философской, имеет несколько четко очерченных периодов. Это, во-первых, докантовский и послекантовский. Во-вторых, послекантовский делится на догегелевский и послегегелевский. И, в-третьих, послегегелевский период имеет сложную картину, складывающуюся из взаимодействия кантианства и гегельянства. Их отношения при этом весьма осложнены позитивизмом, который мнит себя «новейшей эпохой» и старается представить себя в качестве кантианской антиметафизики, переходящей в антигегельянство. Подобно тому, как гегельянство являлось эпохальной реставрацией аристотелевской метафизики, в противоположность ее «критицистскому» преодолению самим Кантом.

ИДЕАЛЫ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЁЖИ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ПРИНЦИПА «ТОЖДЕСТВА МЫШЛЕНИЯ И БЫТИЯ»

  Тот, кто знакомился с хорошей, настоящей философией, знает, что принцип этот, например, у Бенедикта Спинозы (1632-1677) сформулирован так: порядок идей должен соответствовать порядку вещей.

Для человека же молодого это, как минимум, означает то, что Идеалы его не должны быть оторваны от его же реальной Жизни («порядка вещей»).
Но, согласитесь: порядок вещей – это на сегодняшний день такая «вещь», которую мало кто (даже и из взрослых!) способен хоть сколько-нибудь внятно и разумно нам пояснить. А уж если взять, например, такой авторитетный для всех слой взрослого народонаселения, как слой образованных и учёных («профессионалов», «специалистов» или «экспертов»), то впору и за голову схватиться, и в уныние впасть…
Судите сами: все они – пережили 1991 год! Стало быть, судьба у них общая, А мысли – разные! Как же нам, молодым, это явное несоответствие понять? Одни утверждают, что год этот – хорош , другие – что «плох»…

ТОЖДЕСТВО МЫШЛЕНИЯ И БЫТИЯ КАК ПРЕДМЕТ ФИЛОСОФСКИХ РАЗМЫШЛЕНИЙ Э. В. ИЛЬЕНКОВА.

Э. В. Ильенков со всей решительностью настаивал на том обстоятельстве, что «принцип диалектического тождества мышления и бытия – своего рода пароль на право входа в научную философию, в пределы её предмета». (Диалектика – теория познания. Историко-философские очерки. М., 1964, с.54).
Сама категорическая форма данного тезиса далеко не случайна. Она вытекает из всей системы его взглядов и самой их сути. Суть же дела заключена в том, что всякий занимающийся философией, прежде чем дерзнуть на своё теоретическое «размежевание», скажем с И. Г. Фихте, Г.Гегелем или Л.Фейербахом, должен четко и определенно решить для себя вопрос о том, чем вообще «философия» отличается от «не-философии» и чем же, скажем, самый ругаемый (или экстравагантный) в истории философ-классик принципиально отличается от самодовольного обывателя, склонного выдавать свои досужие рассуждения за «философствование», а человеческие резонирования вообще, за философию.